Утром Хромой проснулся, рана еще ныла, но затянулась довольно скоро. На поляне его уже ждала вся стая…
- Он получил увечия в бою, когда охранял нашу стаю. Не достаточно ли этого, чтоб пожалеть его, и оставить с нами? – Зарычал вожак, но молодые и свирепые сородичи оскалились, и сказали что он слаб, и больше не принесет пользы стае. – Тогда кто сможет покарать его? Пусть кто-нибудь один выйдет и растерзает, если осмелиться.
Но никто не захотел выйти на бой против тогда еще сильного воина. Тихий рокот прошелся по толпе, и когда вожак хотел сказать последнее слово, из толпы вышел молодой и задиристый волк:
- Вы что забоялись хромого калеку? Или вы хотите кормить его пока он сам не сдохнет от обжорства, ведь на охоту он уже не пойдет.- все стали озираться, и посматривать на вожака. Но вожак не подал вида, что его хоть как-то задела эта речь. – Посмотрим на что ты еще годишься.
С этими словами, молодой набросился на хромого. Удар был очень быстр, молодой хотел сразить соперника сразу, и целился в шею. Но опытный вояка знал как надо вести себя в драке, и отпрыгнув в сторону, оставил молодого ни с чем. Зато когда молодой поравнялся с ним, ловко прыгнул в его сторону и вцепился в заднюю лапу. Молодой взвыл и отпрыгнул назад.
- Ну и чем ты теперь отличаешься от меня? – насмехался хромой. – может и тебя растерзаем?
Молодой только разозлился на эти слова, и глаза его затмила ненависть. Заметив это, хромой бросился вперед, начиная новую атаку, и не прогадал. Молодой снова действовал быстро но прямо и хотел лапой подбить хромого, но бывалый воин только перепрыгнул лапу, и на лету вцепился в загривок. Оба покатились кубарем с холма, но битва была уже предрешена, все понимали что сейчас сильнее тот чья челюсть твердо сомкнута на шее врага. Когда они остановились у подножья, воин привстал и с победным воем запрокинул голову, чтоб горы знали что он остается здесь жить, и чтоб каждая травинка боялась его.
Этим боем Хромой доказал что может остаться в стае, а молодого нарекли задирой.

Скажу только что Хромым он уже два года как ходил, а трогать перестали его потому, что он щенков охоте обучал, и приемы драки показывал. Задира и рад бы ему отомстить, да матерям он по нраву пришелся, хорошее поколение воспитал, и куска добычи лишнего не брал, а иногда и с юнцами принесет чтото.

Так вот. Как то ночью, к вожаку пришел Хромой...

Утро выдалось морозным. Снег хорошо показывал следы, по которым бесшумно шли охотники. И только теперь молодые осознали почему вожак повел их сам, и почему он собрал такой большой отряд. Следы были необычные, это были следы огромного медведя. Обычно, проснувшийся медведь не доживал до весны, особенно если зима только начинала лютовать. Но сильный медведь не по силам группе волков. Проще подождать когда он исхудает, а потом загнать и напасть, но время не позволяло ждать. Худой медведь был не такой добычей чтоб хватило прокормить всю стаю, а нападать на разбуженного и еще сильного медведя, очень опасно. Поэтому вожак принял решение не ждать, а нападавший первым рискует быть просто разорванным. Вожак никому не позволит так рисковать, он повел охотников сам.
По правую сторону от вожака шел молодой охотник который, не смотря на свою молодость, уже водил небольшой отряд на охоту в северной части долины. Еще щенком он попал под пристальное внимание Хромого, и учился у него приемам охоты и боя. Тренировки не прошли даром, в юном возрасте он сам добыл свою первую добычу, и это был не заяц, и не куропатка, как у многих испытуемых, он завалил молодого оленя. После чего его поставили во главе группы охотников, и ни разу он еще не подвел стаю. И нарекли его Грозовым, за быстрые лапы, и необыкновенное упрямство.
По левую лапу, шел бывалый охотник Задира, который водил свою группу охотников на западную сторону долины. Он несколько раз возвращался без добычи, но объяснял это тем, что на севере находилась долина реки. А на западе мало проходимый лес да скалистая местность, И там кроме тушканчиков, ловить то некого. Но на все жалобы вожак отвечал что более опытный и должен охотиться в сложных условиях, на молодежь там надежды мало. Задира успокаивался. Но после очередной неудачной охоты снова начинал скалиться и выть на непосильную ношу.

Две группы охотников уже почти в плотную подобрались, к добычи.

*Задумался, подбородком упершись на руки, все еще крепко сжимавшие посох. Через несколько минут послышался сап...*

- Будешь чай, дедушка? Сама варила, как всегда

Две группы охотников уже почти в плотную подобрались, к добычи. Вожак остановился. Тихо, чтоб было слышно только главным, он сказал:
- Мы с Грозовым, пойдем прямо на добычу, и погоним его на склон, а ты, задира, отрежешь ему путь по горной тропе. Эхо там хорошее, так что постарайся сделать вид что вас больше чем есть, вы услышите когда мы будем приближаться.
- А мы сможем его загнать на склон? – усомнился Грозовой, - он ведь огромный, и может раскидать всех как щенков… да и что потом?
- Потом я нападу, а вы поможете, место узкое никуда не денется, а гнать надо в полную силу, и пока утро раннее. Зверь он не с этих краев, и не знает что это долина вечного воя, ветер и деревья будут на нашей стороне.
Охотники разделились и пошли каждый в свою сторону. Задире надо было обогнуть немалую часть скалы. А Вожак с Грозовым заняли место за холмом, за которым в утренней дреме лежал медведь.
С первыми лучами, которые выглянули из-за горных вершин, пришел и первый порыв ветра. Деревья, и склоны скал взвыли, оглашая начало нового дня. И похож был этот вой, на сотни волков, которые враз решили приветствовать солнце. К вою долины, присоединился и вой отряда охотников которые скрывались за холмом.
Грозовой сразу хотел ринуться, к медведю, но вожак стал у него на пути:
- Рррано… - прорычал Вожак.
- Самый раз – проникшись задором охоты крикнул Грозовой. – пора показать ему наши клыки.
- И показать что нас мало? Никто не пойдет на него влоб, слушайте все, бегайте со всех сторон, и не показывайтесь ему на глаза, только так мы загоним его на скалы, и войте тогда, когда воет сама долина…
Все послушались вожака, и стали гнать его на скалистую тропу. Страх неведомого сам гнал медведя, а волки только указывали путь. Но лес закончился, и тропа резко повернула вверх и влево, а справа начался обрыв. Медведь несся в правильном направлении, правильным оно было для волков.